Новости Единой Справедливой Уникальной России 2.0

О том, как я никогда не был пионером. Там текст целиком по ссылке.

“И в 1993 году меня отправили в такой пионерский лагерь при Министерстве иностранных дел. Нет, нет, мои родители не были дипломатами и чиновниками вообще, но был какой-то дальний родственник, работавший водителем при МИДе, и вот его детям такие путёвки полагались, а дети то ли уже выросли, то ли уехали в другое место на каникулы. И путёвку отдали мне. Точно помню, что мои родители заплатили за неё символические 6 рублей. В 1993 году менялись не только цены, но и сами деньги, а также порядок их исчисления, то есть сказать сейчас, что такое 6 рублей тогда, совершенно невозможно.

Где-то это было то ли под Щёлково, то ли под Черноголовкой. Везли нас на автобусах от главного здания МИДа, и поначалу казалось, что я нахожусь среди обычных ребят, таких же как мои одноклассники или соседи.
Постепенно выяснилось, что я — единственный, к кому родители в положенный день приехали на электричке. Ко всем остальным детям приезжали чёрные «тойоты» и «бмв», пару раз даже с мигалками, в худшем случае — «волги».

У каждого ребёнка была какая-то видеоигра. Не наша советская «Электроника», где несчастный волк ловит убогие яйца, а настоящие складные гаджеты. Да, дети проводили время, уставясь в экран, в 1993 году. Из сумок дети доставали дорогие спортивные костюмы (мне запомнилось, что у одного мальчика брендированным было всё, вплоть до носков) и бесконечные шоколадные батончики.

Тут нужно пояснение. Когда в России появились шоколадные батончики «Марс» и «Сникерс», в первой телевизионной рекламе было продемонстрировано, как заботливая мать разрезает такой батончик на пять, кажется, частей, чтобы накормить всю семью.
Можно себе представить, как меня впечатлило индивидуальное изобилие министерских пионеров.

И это было не всё. В том «пионерском» лагере была своя валюта — бумажки с напечатанным ёжиком, которые можно было заработать за уборку территории или выполнение каких-то других заданий. Просто так убирать территорию никто не хотел. Администрация лагеря платила детям за их пионерские активности. На эти внутренние деньги можно было купить те же шоколадные батончики или сходить в сауну. Да, заработав достаточное количество «ёжиков», дети 10–15 лет могли арендовать местную сауну с бассейном. Естественно, валюту стали подделывать, потому что у родителей большинства детей был доступ к копировальной технике, а «монетный двор» того лагеря не позаботился о степенях защиты банкнот”.

https://snob.ru/society/shokoladnyi-batonchik-vmesto-krasnogo-galstuka-kak-umirala-sovetskaia-pioneriia/

Пигуль, будучи самозанятой, занималась наращиванием ресниц в Воронеже. Девушка рассказала РИА Новости, что в июне 2024 года ей, как малоимущей, в соцзащите одобрили социальный контракт на открытие профильного кабинета, его условия она выполнила, все отчеты сдавала вовремя. В июне 2025 года срок контракта завершился, соцзащита, по словам Елизаветы, никаких претензий не предъявила и сочла его выполненным на 100%.
"Завершено расследование уголовного дела о мошенничестве, в ходе следствия собрана достаточная доказательственная база, подтверждающая причастность фигурантки к инкриминируемому деянию… Мошенничество … связано с незаконным получением денежных средств в рамках социального контракта", — прокомментировали агентству в пресс-службе СУСК России по Воронежской области обстоятельства и ход расследования дела Пигуль.
Чтобы получить социальный контракт, доход Елизаветы в течение трёх месяцев не должен был превышать 40 332 рубля. Это 13 444 рубля в месяц —уровень прожиточного минимума в Воронежской области в момент оформления соцконтракта. Согласно постановлению о привлечении в качестве обвиняемого, подписанному следователем регионального СУСК, которое есть в распоряжении РИА Новости, доход Пигуль в течение отчётного периода превысил уровень прожиточного минимума на 56 рублей в месяц (168 рублей за три месяца).
"Намеренно скрыв свой официальный доход в период с 01.01.2024 по 31.03.2024 в размере более 40 500 рублей, то есть более 13 500 рублей 00 копеек в месяц", — говорится в постановлении.
По словам Елизаветы, в декабре 2025 года ОБЭП начал расследование. Правоохранители вызывали на допрос ее знакомых, а после и ее саму. В январе двое оперуполномоченных приехали к Елизавете в кабинет и попросили проехать с ними в отдел "на 15 минут", но на деле она провела в полиции гораздо больше времени.
"На меня оказывали психологическое давление, запугивали, угрожали, что если я не сознаюсь в этом преступлении, то они заведут дело по другой статье, потом они изъяли мой телефон", — утверждает Елизавета.
В пресс-службе УМВД России по Воронежской области не стали комментировать РИА Новости эту информацию.
Ранее старший помощник руководителя СУСК России по Воронежской области Ольга Бовт сообщила РИА Новости, что дело было направлено в прокуратуру Ленинского района Воронежа для утверждения обвинительного заключения.

Недавно узнал, что молодёжью у нас теперь хотят считать людей до 39 лет.
И вот тут я даже не засмеялся.
Я насторожился с надеждой.
Потому что я ещё помню старую систему координат.
Тебе 22.
Ты выпустился из вуза.
Всё.
Молодость окончена.
Дальше
— работай, плати, терпи и не фантазируй.
Потом молодёжь была до 25.
Я подумал: ладно.
25 — это ещё молодёжь.
Там человек хотя бы внешне ещё не спорит с этим определением.
Потом сделали до 30.
Потом до 35.
Теперь — до 39.
И у меня уже ощущение, что государство не повышает возраст.
Оно просто отказывается меня отпускать.
Я уже и сам морально приготовился стареть.
А мне говорят: нет-нет, ты побудь ещё молодым.
Просто молодым… с износом.
Когда пенсионный возраст подняли на пять лет, и молодёжь тоже подняли на пять лет, я понял: у них просто на всё один метод.
Если проблема есть — сдвинуть сроки вправо.
Возраст, ожидания, горизонт планирования, а лучше — вообще гражданина целиком.
Ты не старый.
Ты обновлённый молодой.
Ты не предпенсионер.
Ты перспективный человек с пробегом, но без гарантии.
По паспорту у меня, может быть, ещё юность.
А по позвоночнику — уже расширенное заседание регионов.
Я встаю так аккуратно, будто внутри меня что-то нельзя расплескать.
По бумагам у меня расцвет.
А по утрам — подъём без резких политических движений.
И вот это всё теперь официально называется молодость.
Молодёжь до 39 — это когда тебе в анкете пишут
"молодой специалист", а в аптеке уже спрашивают:
"У вас наша скидочная карта есть? "
И самое унизительное, что есть.
Потому что на работе тебе ещё говорят:
"Ну вы же молодые, энергичные".
А в аптеке:
"Возьмите вторую упаковку, по акции".
То есть в одной части города я надежда страны, а в другой — постоянный клиент.
Организм вообще не в курсе государственных решений.
У него своя отчётность.
Колено щёлкает честнее Росстата.
Спина говорит правду без согласования с профильным комитетом.
Вообще, конечно, удобно.
Если человек плохо себя чувствует в 38, можно сказать, что это не возраст.
Это просто молодость подходит к климаксу.
Причём у нас, если надо, и климакс могут оформить как меру поддержки населения.
Не конец этапа, а расширенный сезон чувствительности.
Я смотрю на всё это и понимаю: мне всю жизнь не давали стать кем-то окончательно.
Сначала не дали нормально побыть ребёнком — сразу школа, дисциплина, форма, строем.
Потом не дали закрепиться во взрослости — теперь, оказывается, я опять молодёжь.
То есть я уже дошёл до того возраста, когда организм просит покоя, а государство — чтобы я ещё немножко побыл будущим.
Особенно трогательно, что у нас есть люди, которые десятилетиями прекрасно выглядят как молодёжная политика в человеческом обличье.
И главной комсомолке страны уже, мягко говоря, не 19.
Но тут только уважение.
Не каждый способен так удерживать образ молодости, что в какой-то момент уже не он держится за молодость, а молодость — за него.
И тут я вдруг понял: а ведь у меня снова появился шанс на советскую мечту.
Я был пионером.
А в комсомол не успел.
Страна закончилась раньше.
И мне тогда было обидно.
А теперь, если так дальше пойдёт, я, возможно, ещё и в комсомол вступлю.
Причём раньше, чем выйду на пенсию.
Если вообще когда-нибудь выйду.
Я вообще был человек светский, рациональный.
Но в последнее время становлюсь религиозным.
Потому что слишком многое теперь держится исключительно на чуде.
И моя молитва проста:
Господи, останови Землю, я сойду.
С моими доходами я уже чувствую себя зайцем в этом поезде.
Еду неизвестно куда, а билет дорожает так, будто я еду в СВ и ещё морально порчу вагон.
И огради, Господи, фонтан идей на Охотном Ряду высоким забором и санитарной зоной.
Потому что каждый раз, когда они что-то уточняют, моя жизнь почему-то становится либо длиннее на бумаге, либо дороже в реальности.
И даруй мне, Господи, не новую возрастную категорию, а что-нибудь уже материальное.
Не статус.
Не формулировку.
Не расширенный диапазон молодости.
А пенсионный билет.
И желательно раньше, чем комсомольский.
И сильно желательно — раньше места на кладбище.
Аминь.