Показать сообщение отдельно
Гость
- 15.03.2013 - 16:37
Тщательно проследив маршруты царских выездов, народовольцы по возможному пути следования самодержца, на Малой Садовой улице, сняли лавку для торговли сыром (в роли хозяев Кобозевых выступали А. В. Якимова-Диковская (см. ЯКИМОВА-ДИКОВСКАЯ Анна Васильевна) и Ю. Н. Богданович (см. БОГДАНОВИЧ Юрий Николаевич)). Из помещения лавки был сделан под мостовую подкоп и заложена мина. Неожиданный арест одного из лидеров партии А. И. Желябова (см. ЖЕЛЯБОВ Андрей Иванович) в конце февраля 1881 заставил ускорить подготовку покушения, руководство которым взяла на себя С. Л. Перовская (см. ПЕРОВСКАЯ Софья Львовна). Разрабатывался еще один вариант. Были срочно изготовлены ручные разрывные снаряды на тот случай, если бы Александр II проследовал по другому маршруту — набережной Екатерининского канала. Там его ждали бы метальщики с ручными бомбами.
1 марта 1881 царь поехал по набережной. Взрывом первой бомбы, брошенной Н. И. Рысаковым (см. РЫСАКОВ Николай Иванович), была повреждена царская карета, ранено несколько охранников и прохожих, но Александр II уцелел. Тогда другой метальщик, И. И. Гриневицкий (см. ГРИНЕВИЦКИЙ Игнатий Иоахимович), подойдя вплотную к царю, бросил ему бомбу под ноги, от взрыва которой оба получили смертельные ранения. Александр II скончался через несколько часов.
В результате предательства Рысакова и массовых полицейских облав большинство непосредственных участников покушения были арестованы. На процессе по делу «первомартовцев» (см. ПЕРВОМАРТОВЦЫ) к смертной казни были приговорены С. Л. Перовская (первая женщина в России, казненная за политическое преступление), А. И. Желябов, Н. И. Кибальчич (см. КИБАЛЬЧИЧ Николай Иванович), изготовивший взрывные устройства, Т. М. Михайлов (см. МИХАЙЛОВ Тимофей Михайлович) (член отряда метальщиков) и Н. И. Рысаков. К смертной казни была также приговорена Г. М. Гельфман (см. ГЕЛЬФМАН Геся Мироновна), хозяйка конспиративной квартиры. Но из-за беременности ей смертная казнь была отсрочена до рождения ребенка, а затем под давлением мирового общественного мнения заменена вечной каторгой, которую отбывать ей не пришлось — она умерла вскоре после родов.
Последствия покушения
Цареубийство привело к результатам, прямо противоположным тем, на которые рассчитывали народовольцы. Смерть «царя-освободителя» вызвала скорбь в народе; либеральное общество не поддержало террористов, которыми еще недавно восхищалось. Александр III после недолгих колебаний отказался подписать проект «Конституции» М. Т. Лорис-Меликова, в принципе одобренный его отцом и означавший хотя и очень робкое, но все же некоторое движение к представительству. Либеральные министры были вынуждены уйти в отставку, правительство вступило на путь контрреформ.
«Народная воля» к 1883 была разгромлена, последующие попытки ее восстановления успеха не имели. Однако опыт ее борьбы и особенно цареубийство оказали колоссальное влияние на последующий ход революционного движения в России. «Народная воля» как идеальная конспиративная революционная организация убедила, что можно и с ничтожными силами реально противостоять репрессивному аппарату могущественной империи. Терроризм расценивали в качестве весьма действенного средства сопротивления властям предержащим. Поражение «Народной воли» ее последователи объясняли нехваткой людских ресурсов у партии, которая не сумела превратить терроризм в систематическое орудие борьбы.
В 1880-е гг. террористическую тактику признают эффективной и включают в свои программные документы не только все мало-мальски заметные группы народовольческого толка, но даже плехановская группа «Освобождения труда» (см. ГРУППА ОСВОБОЖДЕНИЕ ТРУДА). 1 марта 1887 участниками террористической фракции «Народной воли» (группа П. Я. Шевырева — А. И. Ульянова) была предпринята неудачная попытка покушения на Александра III. Дело «вторых первомартовцев» закончилось пятью виселицами — были казнены П. И. Андреюшкин (см. АНДРЕЮШКИН Пахомий Иванович), В. Д. Генералов (см. ГЕНЕРАЛОВ Василий Денисович), В. С. Осипанов (см. ОСИПАНОВ Василий Степанович), А. И. Ульянов и П. Я. Шевырев.
В течение почти 20 лет после разгрома «Народной воли» попытки русских революционеров возобновить террористическую борьбу неизменно заканчивались неудачей. Однако противостояние самодержавия, не желавшего поступиться хотя бы частью власти, с одной стороны, и крайне радикальные настроения левого крыла общества, с другой, привели к новой, гораздо более мощной террористической атаке на власть.
Взлет терроризма в начале 20 в.
14 февраля 1901 бывший студент П. В. Карпович (см. КАРПОВИЧ Петр Владимирович) смертельно ранил министра народного просвещения Н. П. Боголепова (см. БОГОЛЕПОВ Николай Павлович) в ответ на расправу с участниками студенческих волнений — массовые исключения и сдачу в солдаты. Выстрел Карповича, действовавшего по собственной инициативе, послужил сигналом к активизации террористической борьбы, неслыханной по своим масштабам в истории 20 в.
В 1902 была образована Боевая организация эсеров (см. БОЕВАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ ЭСЕРОВ), считавшая себя преемницей «Народной воли». Основателем и главой этой организации в 1902—03 г. был Г. А. Гершуни (см. ГЕРШУНИ Григорий Андреевич). 2 апреля 1902 эсер С. В. Балмашев (см. БАЛМАШЕВ Степан Валерианович) застрелил министра внутренних дел Д. С. Сипягина (см. СИПЯГИН Дмитрий Сергеевич). Это был первый теракт Боевой организации. Под руководством Гершуни были совершены также в 1903 убийство уфимского губернатора Н. М. Богдановича и покушение на харьковского губернатора И. М. Оболенского.
После ареста Гершуни организацию возглавил Е. Ф. Азеф (см. АЗЕФ Евно Фишелевич), являвшийся в течение 10 лет платным осведомителем полиции, а его заместителем стал Б. В. Савинков (см. САВИНКОВ Борис Викторович). Самые громкие террористические акты Боевой организации были осуществлены, когда у ее руля находились именно эти фигуры. 15 июля 1904 эсером Е. С. Созоновым (см. СОЗОНОВ Егор Сергеевич) был убит министр внутренних дел В. К. Плеве (см. ПЛЕВЕ Вячеслав Константинович) и 4 февраля 1905 великий князь Сергей Александрович (см. СЕРГЕЙ АЛЕКСАНДРОВИЧ), который погиб от бомбы, брошенной И. П. Каляевым (см. КАЛЯЕВ Иван Платонович). Убийство Плеве повлекло за собой изменение политики самодержавия, пошедшего на некоторые уступки либеральному обществу.
Особый размах эсеровский террор приобрел в период революции 1905—07. Кроме Боевой организации, в стране действовали летучие боевые отряды, подчинявшиеся областным партийным комитетам, а также местные боевые дружины. Всего за 1901—11 эсеровскими боевиками было совершено 263 террористических акта. Их жертвами стали 2 министра, 33 генерал-губернатора, губернатора и вице-губернатора, 16 градоначальников, начальников окружных отделений, полицмейстеров, прокуроров, их помощников, начальников сыскных отделений, 7 генералов и адмиралов, 15 полковников, 8 присяжных поверенных, 26 агентов полиции и провокаторов.
Среди террористов было немало женщин. Огромной популярностью в народе пользовалась М. А. Спиридонова (см. СПИРИДОНОВА Мария Александровна), которая смертельно ранила губернского советника Г. Н. Луженовского, руководившего подавлением крестьянских выступлений в Тамбовской губернии. Подвергшись насилию со стороны арестовавших ее офицеров, Спиридонова стала символом народной заступницы и одновременно мученицы.
Второй женщиной, после С. Л. Перовской, казненной за политическое преступление, стала З. В. Коноплянникова, застрелившая командира Семеновского полка генерала Г. А. Мина. Также были казнены террористки Е. П. Рогозинникова, Ф. М. Фрумкина, А. А. Севастьянова, М. Федорова, без суда была расстреляна Е. А. Измайлович, стрелявшая в адмирала Г. П. Чухнина.
Универсальным методом борьбы против самодержавия и «эксплуататоров», а также средством агитации считали террор отколовшиеся от партии эсеров эсеры-максималисты. На их счету наиболее жестокие и кровавые террористические акты в ходе первой русской революции, в т. ч. взрыв дачи премьер-министра П. А. Столыпина (см. СТОЛЫПИН Петр Аркадьевич), когда в день приема, 12 августа 1906 трое террористов, вызвавшие подозрение охраны, взорвали себя вместе с посетителями. В результате число жертв достигло 30 человек, а всего пострадало около 100. В1906—07 на счету максималистов было около 50 терактов.
Значительная часть жертв террористических актов начала века приходится и на долю различных анархистских групп, которые выступали против «непосредственных эксплуататоров», используя терроризм в качестве «пропаганды действием». Так, группы «безмотивных террористов» считали основной целью своей деятельности организацию антибуржуазного террора; принадлежность к классу «паразитов-эксплуататоров» считалась достаточным основанием для смертного приговора. «Безмотивники» ответственны за взрывы в ресторане «Бристоль» в Варшаве в ноябре 1905 и у кофейни Либмана в Одессе в декабре 1905. Правда, к идейным анархистам зачастую примыкали различные криминальные или полукриминальные элементы, прикрывавшиеся анархистскими лозунгами.
В годы первой русской революции действовали и правые террористы, которые организовали убийства депутатов Государственной думы М. Я. Герценштейна, Г. Б. Йоллоса и покушение на бывшего премьер-министра С. Ю. Витте (см. ВИТТЕ Сергей Юльевич).
Что в итоге?
Всего за время революции террористами было убито и ранено около 4,5 тыс. государственных служащих различного уровня. «Попутно» было лишено жизни 2180 и ранено 2530 частных лиц. В общей сложности в 1901—11 жертвами террористических актов стали около 17 тыс. человек.
После революции 1905—07 террористическая активность идет явно на спад, причиной которого стали многочисленные случайные жертвы терактов, практика экспроприаций, наконец, провокация, которой оказались пронизаны даже самые известные террористические организации.
Смертельный удар по моральному престижу терроризма нанесло разоблачение в 1908 В. Л. Бурцевым (см. БУРЦЕВ Владимир Львович) главы Боевой организации Е. Ф. Азефа (см. АЗЕФ Евно Фишелевич), самого высокопоставленного, но далеко не единственного провокатора среди эсеровских террористов. В 1909 разразился новый скандал — эсер А. А. Петров согласился работать на охранку при условии его освобождения из заключения, затем покаялся и с санкции ЦК взорвал у себя на квартире начальника петербургского охранного отделения полковника В. Карпова.
Одним из последних, потрясших всю Россию террористическим актом в то десятилетие, было убийство премьер-министра П. А. Столыпина (см. СТОЛЫПИН Петр Аркадьевич) в Киеве 1 сентября 1911. Анархист Д. Г. Богров, будучи одновременно сотрудником охранки, получил именной пропуск в строго охраняемый оперный театр. Во время антракта выстрелами в упор ранил Столыпина. После недолгого следствия Богров был повешен. Истинные мотивы покушения остались неясны: в качестве кого он действовал — революционера или тайного агента.
После 1917 терроризм как средство борьбы за власть был взят на вооружение большевиками. Безусловно, государственный террор советского периода истории, унесший миллионы человеческих жизней, генетически связан с терроризмом дореволюционным.
Возможно, преступно легковесное отношение к человеческой жизни сформировалось именно тогда, когда терроризм снизу столкнулся с террором сверху.
http://dic.academic.ru/dic.nsf/es/89...98%D0%97%D0%9C