Показать сообщение отдельно
- 21.12.2012 - 11:56
Так не писал об отступлении никто. Хотя, конечно, «Василий Теркин» был ценен прежде всего своим оптимизмом. Но за бесхитростной шуткой нельзя не заметить в книге и грусть, и жалость, и саму смерть. Обе эти крайности военного бытия – смех и смерть – раздражали начальство. Оно не любит смеха, потому что неизбежно встает вопрос «над кем смеетесь?».
А когда речь заходит о смерти, то приходит мысль: кто виноват в массовых жертвах?
Наверняка кому следовало заглянули в анкету Твардовского: ага, из кулацкой семьи, теперь все понятно. В его «Стране Муравии» самые потрясающие строфы – как раз о трагедии раскулачивания, уничтожения русской деревни:
– Что за помин?
– Помин общий.
– Кто гуляет?
– Кулаки!
Поминаем душ усопших,
Что пошли на Соловки.

– Их не били, не вязали,
Не пытали пытками,
Их везли, везли возами
С детьми и пожитками.
А кто сам не шел из хаты,
Кто кидался в обмороки, –
Милицейские ребята
Выводили под руки…