Показать сообщение отдельно
kum
- 23.10.2012 - 15:42
Цитата:
Сообщение от Winny Посмотреть сообщение
The Economist предположил ...
Кстати, гунвор за эти предположения на Экономист в суд подал, а потом иск отозвал, пошел на мировую. И почему?
Выдержка из той самой статьи Экономист в переволде Ведомостей
Цитата:
Продажи с витрины
Люди, знакомые с ситуацией на рынке Urals, предлагают две гипотезы, которые могли бы объяснить деятельность Gunvor. Первая (ее отстаивает сама Gunvor) — компания попросту следовала коммерческим интересам. Продавая в «окне», она старалась установить справедливый ориентир для продажи гораздо больших объемов нефти в сделках, проводимых частным образом. «Окно» Platts компания рассматривала как место, где собираются покупатели. Цена определяется разными факторами: экономический рост, погода, рынок транспортировки и т. д., утверждают Platts и Gunvor. Сводить все к сделкам Gunvor — полная ерунда, говорят они. Если рассматривать ситуацию с такой точки зрения, Gunvor не пыталась опустить рынок, но следовала за его снижением, продавая нефть, когда цена начинала падать, потому что ожидание могло привести к тому, что ей придется продавать по еще менее выгодным ценам.

Может быть и так, но это не снимает наших подозрений. Есть причины считать, что падение цены зачастую было вызвано не объективными факторами, а собственно выходом Gunvor на рынок. Мы проанализировали ее торговлю с помощью статистического метода, называемого тестом Грэнджера на причинность — он позволяет отличить причину от следствия. Вот как работает этот тест. Представьте себе, что есть два свода статистических данных — о дождях и продажах зонтов. В тесте Грэнджера они сравниваются, чтобы определить, что с наибольшей вероятностью является причиной, а что — следствием. В этом случае легко увидеть, что магазины начинают продавать больше зонтов, когда люди уже промокли, — иными словами, дождь провоцирует продажи зонтов.

Наш статистический анализ показывает, что технически действия Gunvor вели к падению цены Urals, потому что она обычно инициировала свою серию продаж и заявок на продажу до того, как цены устремлялись вниз. Редко когда начинать продажи Gunvor заставляло падение цен на рынке. Получается, что продажи Gunvor были сигналом для Urals падать по отношению к Brent.

Возможно, Gunvor использовала объективные данные, ожидая падения цен, — как если бы человек, услышавший прогноз погоды, купил зонт, пока солнце еще светит. Но в то время как Gunvor продавала нефть или выставляла соответствующие заявки, другие компании к ней не присоединялись. Либо остальные участники не видели оснований для падения цен на рынке, либо Gunvor сбивала цены так сильно, что остальные не считали, что смогут заработать, продавая в «окне». В любом случае Gunvor осуществляла продажи гораздо активнее, чем другие компании.

У Gunvor могли быть свои аналитики, которые могли ожидать появления туч, в то время как остальные трейдеры их не замечали. В этом случае действительно можно было бы ожидать, что Gunvor будет продавать нефть, когда остальные этого не делают. Но тогда аналитики Gunvor оказывались не на высоте. Хотя в течение некоторого времени они, как и следует ожидать, были правы, цена обычно начинала восстанавливаться после того, как компания прекращала продажи (т. е. разница между Urals и Brent сокращалась после того, как поначалу увеличивалась). Причем часто она вырастала достаточно существенно: особенно ясно это прослеживается в начале анализируемого нами периода (см. график).

В течение первых 3,5 года рынок в целом стоял на месте (т. е. спрэд между Urals и Brent сохранялся примерно на одном уровне). А в течение 12 месяцев по май 2009 г. наблюдался рост котировок Urals, во время которого дисконт к Brent сократился с $5 до $1 (а иногда и еще сильнее). Если Gunvor опиралась на внутренние прогнозы, она зачастую ошибалась, ожидая спада.

Если проанализировать действия Gunvor в этом свете, версия о том, что компания просто реагировала на происходящее на рынке, не кажется полностью убедительной. Если Gunvor намеревалась получить ориентир на рынке, в результате в большинстве случаев она получала более низкую цену. Если она работала в «окне» в поисках лучшей цены, то обычно получала худшую. Если она считала, что существуют объективные факторы, указывающие на возможность скорого спада рынка, она была в одиночестве и зачастую ошибалась.

Вообще-то трейдеры не должны быть предсказуемыми, иначе контрагенты, ожидая их действий, могут сыграть против них. Искусство трейдера частично заключается в том, чтобы получить наилучшую цену. Но стратегия Gunvor заставляла ее продавать нефть предсказуемо и слишком дешево — и терять в прибыли. Можно было бы подумать, что Gunvor просто крупная компания, у которой много нефти, и ее выход на рынок неизбежно приводил к снижению цены. Но ведь рынки были прекрасно осведомлены о размере Gunvor. Вопрос в том, почему Gunvor так часто играла в «окне» Platts на понижение.

Будучи весьма удивлены тем, что обнаружили, мы попросили Майкла Сэйерса проанализировать полученные Остервальдом результаты. Сэйерс — эксперт по надзору за нефтяными рынками, в европейском подразделении биржи ICE Futures он возглавлял отдел по надзору за соблюдением регулирующих норм. «Невозможно представить, чтобы Gunvor не знала, какую тень отбрасывает, но в течение всего рассматриваемого периода они неоднократно продолжали [продавать нефть], — делает вывод Сэйерс. — Рационально мыслящий трейдер понял бы, что его действия не ведут к максимизации прибыли, и изменил бы их соответственно». Однако Gunvor продолжала продавать.

Если не считать Gunvor попросту некомпетентной, приходится рассмотреть вторую, менее безобидную гипотезу: Gunvor знала, что ее действия ведут к снижению цен, и постоянно делала это. Но как продающая нефть компания может заработать на более низкой цене? Здесь мы подходим к третьей части нашего исследования, но опять-таки из-за непубличности торговли сырьевыми товарами наши рассуждения могут быть только гипотетическими — если только регуляторы, обладающие правом проводить расследования, не заинтересуются этим делом.

Время присмотреться
В теории, есть немало способов заработать, предварительно зная, что разрыв между текущей ценой Urals и фьючерсной ценой Brent временно увеличится. Gunvor или связанные с ней структуры могли торговать на фьючерсных рынках — хотя можно было бы ожидать, что ее контрагенты в конце концов поймут, что на этом рынке сложно заработать. Или торговать на других спотовых рынках, где цены связаны с ценой Urals.

Gunvor использует «окно» Platts не только для того, чтобы продавать нефть, она также использовала публикуемую агентством цену, чтобы определить, сколько платить за российскую нефть, закупаемую по долгосрочным контрактам. Например, в марте 2008 г. агентство Reuters сообщило, что Gunvor договорилась с «Роснефтью» о закупке нефти в течение шести месяцев по цене «Brent минус спрэд с ценой Urals, определенной Platts».

Возможно, Gunvor могла выиграть открытый нефтяной тендер, добившись снижения цены Platts и предложив хорошую премию — и зная при этом, что все равно заработает, когда цена Platts восстановится. Или использовать заниженную цену Platts, чтобы сократить собственные расходы на закупку нефти, а потом, когда рынок восстановится, продать ее по полной цене. В России ставка пошлины на экспорт нефти в значительной степени зависит от среднемесячной цены нефти. Снижение цены Urals приводит к снижению доходов российского бюджета от экспорта нефти.

Gunvor могла бы указать на то, что каждый день покупает нефть в России и продает другие партии на открытом рынке. И то, что она заработает, снизив цену закупки одной партии, она потеряет при продаже другой. Однако тут важную роль играют объемы: трейдер мог заработать, продав по сниженной цене меньше нефти, чем купил. Более того, цена могла быть определена не в сам день покупки. Если цена поставок нефти в течение месяца могла быть привязана к средней цене Platts за, скажем, его первые две недели, трейдер тоже мог получить прибыль.

Поскольку Gunvor оперирует огромными объемами, то, чтобы заработать приличные деньги, ей достаточно было снизить цену нефти, которой она торгует, всего на несколько центов. За рассмотренный нами период в четыре года и пять месяцев разница в 25 центов за баррель принесла бы Gunvor более $200 млн дополнительной прибыли.

У The Economist два возможных объяснения поведения Gunvor: компания действовала в коммерческих интересах либо пыталась занизить цену нефти. Gunvor отрицает манипулирование рынком, а Platts отрицает, что наш статистический анализ может подменить его собственные «скрупулезную оценку и анализ рынка». Но если верно второе объяснение, ориентир нефтяного рынка мог быть искажен, а российские налогоплательщики могли лишиться крупных сумм, отправившихся в Женеву.

Рынки, подобные Urals, служат ориентиром для контрактов разных типов, отмечает IOSCO, и поэтому «оказывают существенное воздействие на рынки нефтяных деривативов и <...> в целом на финансовые рынки и мировую экономику». Мы полагаем, что пришло время Владимиру Путину и IOSCO провести свое расследование.
© 2012 The Economist Newspaper Limited. All rights reserved
http://www.vedomosti.ru/newspaper/ar...azgadka_gunvor
Как Юкос, так расследование не заставило себя ждать...