Показать сообщение отдельно
Гость
- 09.07.2012 - 08:38
Для осуществления этой схемы, Hermitage требовались изъятые документы трех компаний, но их получить не удалось. Но Коробейников нашел выход – оффшорные структуры фонда, являющиеся учредителями этих трех компаний, продали свои доли фирме Коробейникова – ООО «Плутон». Все три фирмы перерегистрировали на трех номинальных директоров: Маркелова, Курочкина и Хлебникова, использую поддельные документы. Позже, Маркелов и Хлебников дали показания, что часть документов они получали от Гасанова, а часть – от Магнитского. Три фирмы перевели в налоговые инспекции № 25 и № 28 г. Москвы, где у Коробейникова были налажены контакты.

Одновременно к этим компаниям были поданы иски, в которых утверждалось, что ответчики не выполнили обязательств по ранее заключенным договорам, чем нанесли истцам убытки в 30,5 млрд. рублей. Иски были с готовностью проиграны, что дало основания для возврата ранее уплаченных налогов. Магнитский подготовил налоговые декларации, но условием поставил возврат денег на счета компаний, открытые в HSBC банке.

Но дальше случилось непредвиденное – 1 октября 2007 года от сердечного приступа умер Октай Гасанов, который являлся связующим звеном между Hermitage и Коробейниковым. И последний, зная о трудностях фонда в России, решил присвоить средства себе. Он срочно открыл счета компаниям в подконтрольных банках и подал заявления на возврат денег. В декабре деньги были перечислены, а вскоре растворились после более чем 10 тысяч банковских операций.

А осенью 2008 года умер и сам Коробейников, упав с балкона загородного дома. Чуть ранее погиб один из зиц-председателей Курочкин, отравившись водкой. Магнитский же, осознав, что Коробейников решил не делиться деньгами, 7го декабря 2007 срочно написал заявление в Генпрокуратуру. Скорость, с которой Магнитскому удалось «расследовать» всю схему объясняется тем, что он знал ее детали, так как сам в ней принимал активное участие. И если изначально его допрашивали как фигуранта дела по неуплате налогов, то вскоре - и об обстоятельствах его знакомства с Гасановым. Кроме того Магнитский на допросе подтвердил, что изготавливал дубликаты печатей трех компаний.

В 2009, Браудер подавал иск против Renaissance Capital, пытаясь вынудить их раскрыть обстоятельства их контактов с теми, кто выводил деньги из бюджета, но безуспешно. Следствию же удалось найти часть денег, 25$ млн из 230, но не более того. Кроме того были обнаружены дополнительные доказательства причастности фонда к краже денег – арбитражные пошлины судов, где якобы похищенные компании проигрывали иски, были оплачены со счетов в HSBC банке, которые Hermitage продолжал контролировать. Также экспертиза показала, что печати на заявлениях на возврат денег были сделаны не теми печатями, которые были изъяты в ходе обыска.

После изучения этого запутанного дела ясно одно – оно явно сложнее, чем это пытается представить Hermitage Capital. Пожалуй, главное несоответствие в их версии это то, что Российское государство пытается покрывать якобы виноватых сотрудников правоохранительных органов ради смешной по меркам бюджета суммы, терпя при этом огромные репутационные потери. Особо нелепым выглядит утверждение, что Магнитского убили, чтобы заставить его замолчать. Во-первых, он написал письмо в Генпрокуратуру почти за год до своего ареста. Во-вторых, непонятно, как можно заставить замолчать человека, за которым стоит влиятельный инвест-фонд с огромными медийными возможностями. Именно смерть Магнитского превратила скучное дело о налогах в триллер с русской мафией и заговором силовиков. Сторонники же версии что Hermitage являлся не только организатором этой схемы, но и конечным бенефициаром, не в состоянии ответить зачем им было разоблачать всю схему еще до того как были переведены деньги.

Несомненно, что Коробейников действовал вместе с высокопоставленными сообщниками, имеющих вес в ФНС. Удастся ли их установить и найти остальные деньги еще не известно, так как следствие еще не закончено, но, думаю, мы все знаем ответ. Сама схема увода денег была возможна благодаря пробелам в Российском законодательстве. Внимание государства тогда было привлечено к борьбе с нелегальными возвратами НДС. Редкая же ситуация, когда фирма, уплатившая огромную сумму налога на прибыль, превращалась в «пустышку», была не предусмотрена, и процедура возврата налога на прибыль была относительно простой. Дело Магнитского еще несомненно аукнется России – аналог закона Магнитского принят в ряде стран, а само дело будет еще долго вспоминаться западной прессой, и так не страдающей особой руссофилией.

Хотелось бы обратить внимание на чудовищные провалы в работе государственных органов, которые привели к сегодняшней патовой ситуации. Начиная со следователей с крайне подозрительным имущественным положением, расследующим важные дела, когда можно подорвать всякое доверие к следствию просто указав на это. Тюремной системы, где шансы выжить у больного человека ниже, чем на воле в самой бедной стране третьего мира. Налоговой системы, где возможно бесследно увести миллионы долларов. И заканчивая пресс-службой Следственного комитета, которая при наличии немаленького бюджета не в состоянии сделать убедительную презентацию с разъяснением позиции следствия, с которой бы справился и троечник-студент.(С)

http://politrash-ru.livejournal.com/89535.html