Тема: Обещалкин
Показать сообщение отдельно
- 20.01.2012 - 10:33
59-Saldo4Soldo >
60-Saldo4Soldo >
Интересная закономерность вырисовывается: как из бывших кулаков, так и изливают зло на Советскую власть, в конечном итоге, на социализм.
Вот воспоминания человека – очевидца событий тех времён:
“Я хорошо помнил 30-е годы на Кубани, кулацкие мятежи, кровавые налеты белогвардейских банд. Кулаки из-за угла или темными ночами стреляли из обрезов по коммунистам, комсомольцам и советским работникам, вырезали семьи активистов, поджигали дома, общественные постройки, травили скот, всячески срывали мероприятия по организации колхозов. Диверсии были одна злее другой. Люди потеряли веру в спокойную жизнь. И тогда Советская власть приняла суровые меры.”

В бараке концлагеря для советских военнопленных в Тимишоаре, Румыния, во время войны 41-45 г.:
“А произошло вот что: примерно в час ночи, когда люди угомонились и забылись в тревожном сне, в наступившей тишине до моего слуха донесся чей-то пренебрежительный голос:
– Только и слышали о социализме… Пришлось натерпеться от Советов…
– Если бы ты знал, сколько я пережил, – отвечал кто-то другой. – В тридцатом году у отца забрали мельницу, а сколько скота, сельхозинвентаря… Хватило бы на два колхоза… До конца жизни не прощу. – Реплика закончилась озлобленным ругательством.
– А я, знаешь, когда сбежал с Соловков, схитрил, даже в Ростовский пединститут поступил, – продолжал первый. – Окончил, а тут на тебе: “Езжай в деревню отрабатывать…” Шиш, думаю…
Но фразу не закончил. Случилось то, что и должно было случиться.
– Ах ты, гад! Советская власть учила тебя, поверила, что человеком будешь, так ты вместо благодарности грязью мажешь? – Это был голос лейтенанта Сучкова, лежавшего, видимо, рядом. – Теперь ясно, почему ты здесь оказался.
– Тихо, комиссарчик! – зло отозвался “соловковец”. – У меня родина была, пока отца не расстреляли, а отцовскую родину в семнадцатом году большевики закрыли.
– Мерзавец! – дрожащим голосом отозвался Сучков. В темноте послышалась возня и один за другим несколько глухих ударов.
– За что бьешь? – послышался хныкающий голос.
– За Советскую власть, за предательство! – прерывающимся голосом “разъяснял” Сучков.
– Бей сволочь! – выкрикнул кто-то в темноте.
– Души гадину! – поддержал другой голос.
– Слышно было, как Сучков, тяжело дыша, усаживался на свое место:
– Я тебе дам “родину семнадцатого года”, а за комиссарчиков, подлюга кулацкая, еще получишь, если язык не прикусишь…
Проснувшиеся от шума соседи загомонили: одни требовали подвесить предателей к перекладине, другие предлагали сделать растяжку за ноги. Шевченко, разобравшись, в чем дело, заметил:
– Молодец, Ваня, поддержал честь Советской власти.”
(с) Где не было тыла. А. Е. Рындин.
Вот так относились простые советские люди к кулакам; не побоялись прямо в концлагере высказать всё, что они думают о кулацком классе. Речь, конечно, шла не о зажиточных крестьянах, своим трудом наживших своё добро, а о тех, кто “на два колхоза” имел этого добра, т. е., нажитого чужим трудом.